Почему сгорел завод двигателей камаз

Почему КГБ запретил журналистам писать о пожаре на КАМАЗе

Пожар на заводе двигателей КАМАЗа, начавшийся вечером 14 апреля 1993 года, уничтожил мощности по выпуску 100 тысяч силовых агрегатов. К утру от предприятия, где трудились 19 тысяч человек, остались только колонны и груды сгоревшего металла…

О том, что горит завод двигателей, Николай Туганов, в ту пору фотокор­респондент местной газеты, узнал в девять вечера. Схватил фотоаппа­рат – и бегом к соседу. На его «Мо­сквиче» помчались к заводу. Зрелище предстало не для слабонервных.
– Пламя из здания вырывалось ме­тров на сто. Горели кровля и корпус, – вспоминал позже Николай. – Снимал в темноте, а в это время территорию плотным кольцом окружала милиция, к месту ЧП никого близко не подпу­скали…
Потом в столичной газете «Авто» на первой полосе выйдет фотография горящего завода – это будет един­ственный снимок, опубликованный в отечественных СМИ. Отснятую Ту­гановым и его коллегой Вячеславом Бурнышевым плёнку изымет КГБ, пи­сать о трагедии журналистам запретят.
К моменту, когда Николай Туганов делал свой исторический кадр, завод двигателей полыхал уже весь – огонь распространится по всей кровле…
ПОДУМАЛИ, ЧТО УЧЕНИЯ…
Пожар начался в 18:41 из‑за корот­кого замыкания в силовом кабеле, что ведёт к трансформаторной под­станции. Виктор Волков, в то время начальник военизированной пожар­ной охраны промышленных объектов МВД РТ, вспоминал: днём на заводе прошли учения по гражданской обо­роне. Может быть, поэтому на харак­терные хлопки никто не отреагиро­вал: думали, продолжаются учения… А огонь по кабельным каналам стре­мительно разлетался во все стороны. Через шахту вентиляции выбрался на крышу – вспыхнули гудрон, уте­плитель…
Первым тревогу поднял слесарь-ре­монтник. Почувствовав запах горев­шей изоляции, приоткрыл дверь подстанции – и едва не задохнулся от дыма. Дальше события развиваются стремительно.
19:04. Прибывает первый пожарный расчёт. Горят подстанция, кабели, с го­рящей крыши текут расплавленные битум и полистирол. Порывистый ветер огонь раздувает на глазах. На­чальник караула Н. Цветков объяв­ляет максимальный для Набережных Челнов номер вызова сил и средств, начинается срочная эвакуация людей.
19:25. Все пожарные и техника на месте. Против огня – девять ла­фетных стволов: шесть на крыше, три – внутри здания. Но этих сил не хватает даже для того, чтобы пожар не захватывал всё новые территории. Утеплитель, пенополистирол, уложен­ный на стальной настил, вспыхивает, словно берёзовая кора, пожарные не­редко оказываются в огненном кольце.
19:52. Горит уже четвёртая часть кровли – 100 тысяч квадратных ме­тров! Рушатся металлоконструкции. К месту ЧП прибывают пожарные под­разделения из Нижнекамска, Аль­метьевска, Елабуги, силы гражданской обороны. Огонь тушат 30 лафетных и переносных стволов, но он продол­жает наступать.
21:31. Огнём охвачена вся кровля завода двигателей. Его площадь – 1152 на 362 метра, по размерам – целый городской микрорайон…

ПОЛИСТИРОЛ ГОРЕЛ КАК НАПАЛМ
Альфия Гарипова видела, как горит её родной завод, из окна квартиры – в небо поднимался густой чёрный дым. Утром следующего дня она при­шла на работу и завода не нашла.
– Моего рабочего места просто не было, наш цех выгорел полностью. Нас отправили домой. Сразу написала заявление об уходе: решила, что раз­бирать завалы, дышать гарью – это не женское дело.
Когда всё закончится, эксперты расскажут: горение полистирола на­поминает горение напалма. Какой из светлых голов первой в стране при­шла идея использовать этот опасный утеплитель при строительстве завод­ских цехов, так и не обнародуют. Зато вспомнят, что ещё до ЧП в Набереж­ных Челнах «полистирольных» по­жаров с печальными последствиями было не один и не два. И выводы после этих пожаров делались правильные. Но всякий раз соображения экономии у нас брали верх над здравым смыс­лом. Кстати, завод в Челнах строился по американской технологии, но они, американцы, узнав, что мы в качестве утеплителя используем полистирол, отказались объект страховать…
Ликвидировать горение корпуса, вернее того, что от него на тот момент осталось, пожарным удалось лишь к 11 часам 15 апреля. Но это только в надземной части завода. Огонь хо­зяйничал в подвалах, а их протяжён­ность – почти 7 километров. По ним огонь мог перейти на станцию ис­пытания двигателей, а там ёмкости с маслом и дизельным топливом… Станцию в итоге спасут, заложив под­ходы к ней гравием и кирпичом.
Пожар потушат 21 апреля – до этого восемь дней и ночей пожарные будут работать в две смены, каждая сме­на – сутки… Участники боя с огнём: 560 пожарных, военные из полка гражданской обороны, 64 единицы пожарной техники, 236 других машин и механизмов…
Спасти удастся часть оборудования. Производственный корпус площадью 420 тысяч квадратных метров будет полностью уничтожен огнём. К сча­стью, обойдётся без жертв.
Масштаб бедствия запечатлеет с вертолёта фотокорреспондент ТАСС Михаил Медведев – ему единствен­ному из журналистов органы дадут разрешение на съёмку.
И СНОВА ВСЁ СНАЧАЛА
Последствия пожара в Набережных Челнах оказались ужасными. Не толь­ко для КАМАЗа – для всей страны и ближайших соседей. Дизели с ав­тогиганта на Каме шли на автомо­бильные предприятия России, Укра­ины, Беларуси – их работа оказалась под угрозой. Некоторые эксперты по­считают, что ущерб от пожара сопоста­вим с аварией на Чернобыльской АЭС.
Возможно, это сильное преувеличе­ние. С другой стороны, никто не оце­нивал моральные и материальные потери тех, кто трудился на заводе двигателей и вмиг оказался без при­вычной работы и привычных зара­ботков. Одни, как Альфия Гарипова, сменили работу, другие, как её муж, долгие месяцы разбирали завалы, вос­станавливали завод. Притом что ав­торитетные господа (в частности, великий реформатор Егор Гайдар) утверждали: восстанавливать не имеет смысла. Это были смутные 90-е…
К счастью, здравый смысл возобла­дал. При поддержке правительств РФ и РТ камазовцам удалось постепенно восстановить мощности по выпуску 100 тысяч двигателей в год. Одновре­менно велось создание производства силовых агрегатов уже на основе более совершенного оборудования. Меньше чем через год после пожара был со­бран первый двигатель КАМАЗ-7405.
И 24 декабря 1996 года в Набереж­ных Челнах торжественно запустили восстановленный главный конвейер сборки двигателей.

Добавить комментарий

Показать все комментарии Написать комментарий
Поделиться:

Тема номера ТАТАРСТАН

Пожар на заводе КамАЗ 14 апреля 1993 года

Завод двигателей АО «КамАЗ», на котором работало 19 тыс. чел., производил сборку и испытание двигателей и коробок передач автомобилей КамАЗ. В сутки выпускал около 600 двигателей. Основное оборудование, установленное в цехах завода, – металлообрабатывающие станки, автоматические линии, сборочный конвейер, стенды для испытаний двигателей и коробок передач.

Главный корпус завода, введенный в эксплуатацию в 1976 году, представлял собой одноэтажное здание с двухэтажной вставкой и имел размеры в плане 1152×363 м, высоту 14,4 м. Для выхода на кровлю здания по периметру главного корпуса (через 200 м) были смонтированы 16 наружных маршевых пожарных лестниц.

Конструктивные и объемно планировочные решения здания

Основные конструкции здания:

• колонны стальные незащищенные сечениями 680×680 и 680×600 мм;
• фермы стальные незащищенные;
• наружные стены из навесных керамзитобетонных панелей толщиной 250 мм;
• внутренние перегородки кирпичные, керамзитобетонные, асбоцементные и металлические с остеклением;
• покрытие из стального профилированного листа с плитным утеплителем (пенополистирол ПСБ-С толщиной 50 мм). По утеплителю положены четыре слоя рубероида на битумной мастике и защитный слой гравия толщиной 20 мм.

Пенополистирол ПБС-С – горючий материал, в состав которого входят (в % веса): полистирол 90-92 %, изопентан 4-5 %, тетрабром-н-ксилол 4-5 %, кажущаяся плотность – 20 кг/х 3 . Теплота сгорания – 41170 кДж/кг. Основной недостаток пенополистирола – малая термостабильость и повышенная горючесть. Загорается oт пламени газовой горелки, при воздействии огня расплавляется. В расплавленном состоянии горит с обильным выделением дыма. Продукты сгорания токсичны. В научной работе Е.В. Прайса «Теория воспламенения твердых топлив» полистирол характеризуется как основной компонент твердого ракетного топлива. Горение пенополистерола близко к горению напалма (скорость горения около 10,5 м/мин).

Начальник отдела нормирования требований безопасности СПАСР МВД России Ю.М. Кондрашин:

При строительстве завода двигателей АО «КамАЗ» в качестве утеплителя в покрытии использован полистирольный пенопласт, производство которого освоено промышленностью в начале 60-х годов Этот вид утеплителя получил широкое применение в строительстве благодаря малой объемной массе (20,4 кг/м 3 ), низкой теплопроводности (0,33 ккал/м*ч*град), достаточной прочности и удобству работы с ним. Совмещенные покрытия зданий с применением стального профилированного настила и легких утеплителей имеют меньшую по сравнению с покрытиями из железобетона массу, что позволяет сократить расход стали на несущие конструкции (колонны, фермы, балки) и, следовательно, снизить стоимость строительства.

Использование пенополистирола в ограждающих конструкциях зданий и сооружений было разрешено в 1962 году нормами проектирования теплоизоляционных и акустических материалов и изделий (СНиП 1-В.26–62), утвержденными Госстроем СССР В соответствии с этим документом применение пористых пластмасс в строительстве допускалось только по согласованию с органами государственного пожарного надзора, однако это положение практически не выполнялось. С 1969 года Госстрой СССР без учета мнения пожарной охраны разрешил использование полистирола в трехслойных металлических панелях ограждающих конструкций.

Испытания утеплителя, проведенные ВНИИПО МВД СССР, показали, что он является легковоспламеняющимся материалом, имеющим теплоту сгорания большую, чем у керосина.

Горение утеплителя характеризуется образованием горючего плава, быстрым распространением огня внутри конструкций по образующимся пустотам, выделением значительного количества взрывопожарных и токсичных веществ (оксида и диоксида углерода, стирола, толуола, метанола и т.д.) и тепловой энергии. Эти процессы вызывают быструю потерю устойчивости и обрушение несущих металлических конструкций (колонн, ферм, балок).

Неоднократные огневые эксперименты с конструктивными элементами и фрагментами сооружений позволили сделать вывод о повышенной пожарной опасности стеновых и кровельных панелей с пенополистиролом и зданий, построенных с их применением. Несмотря на это. Госстрой СССР классифицировал пенополистирольный утеплитель как трудносгораемый.

С 1971 года в нормативных документах практически были сняты какие-либо ограничения на применение в строительстве пенополистирольного утеплителя и с 1973 года введена в действие разработанная и утвержденная Госстроем СССР «Инструкция по проектированию зданий из легких металлических конструкций (ЛМК)» (СН 454-73, позднее СН 454-76). В результате ЛМК использовались при строительстве КамАЗа, ВАЗа, Атоммаша, атомных электростанций и других важнейших объектов народного хозяйства.

Решения о снижении уровня противопожарной защиты зданий и сооружений принимались Госстроем СССР без проведения необходимых обоснований и учета результатов научно-исследовательских работ, о чем МВД СССР доложило в Совет Министров СССР (письмо от 05.11.71 г. № 1/531). Министерство и органы государственного пожарного надзора в различных инстанциях постоянно ставили вопрос о запрещении применения пенополистирола и организации производства пожаробезопасных материалов. Только в 1971-1972 гг. таких обращений было более десяти.

После пожара на Капчагайском фарфоровом заводе Госстрой СССР письмом от 10.10.81 г. № 101-Д запретил применение пенополистирола в покрытиях строящихся зданий. Однако это решение не было выполнено, поскольку в утвержденных в это же время СНиП П-2-80 подобные здания были отнесены ко II степени огнестойкости, что позволило продолжать строить здания с использованием пенополистирола.

Предложения МВД СССР о запрещении (на объектах особой важности) и ограничении применения сгораемых полимерных утеплителей получили поддержку Госстроя СССР лишь в 1984 года, после ряда крупных пожаров, происшедших на важнейших народнохозяйственных объектах (Житомирский завод строительных металлических конструкций – уничтожено покрытие на площади 17,8 тыс. м 2 . Бухарский хлопчатобумажный комбинат – 40 тыс. м 2 . Капчагайский фарфоровый завод – 26 тыс. м 2 и др.). В этом же году по инициативе МВД СССР принято распоряжение правительства о замене сгораемого утеплителя на кровлях машинных залов АЭС.

В период строительства объектов КамАЗа вопрос о замене пенополистирола в покрытиях производственных корпусов неоднократно обсуждался по инициативе пожарной охраны в Совете Министров СССР. Госстрое СССР и Минавтопроме СССР. Однако указанные ведомства приняли решение не о замене утеплителя, а лишь об устройстве в покрытиях корпусов противопожарных преград шириной 6 м. разделяющих кровлю на отсеки площадью 10…12 тыс. м 2 . Разработанные Промстройпроектом и одобренные Госстроем СССР «Дополнительные проектные решения по обеспечению пожарной безопасности покрытий Камского автозавода» предусматривали устройство таких поясов только на тех частях зданий, монтаж покрытий которых не был завершен. К этому времени на заводе двигателей было смонтировано уже более 80% покрытий. В результате сгораемый утеплитель был сохранен в покрытиях всех основных производственных корпусов.

Под главным корпусом на отм. −9,0 м расположены два магистральных тоннеля, в которых были размещены стружкоуборочные конвейеры, фильтрационные установки, емкости с маслом и смазывающей охлаждающей жидкостью (СОЖ). К указанным тоннелям примыкали 28 поперечных тоннелей, предназначенных для оборудования по транспортированию стружки, масла и СОЖ от металлообрабатывающего оборудования на отм. 0,0 м. Из всех тоннелей имелись эвакуационные выходы по лестничным клеткам с тамбур-шлюзами. Несущие конструкции тоннелей (колонны, балки, перекрытия) выполнены из железобетона.

Главный корпус оборудован приточно-вытяжной системой вентиляции, вентоборудование расположено в венткамерах. Для удаления дыма из корпуса предусмотрены открывающиеся фрамуги светоаэрационных фонарей, имеющие электропривод.

По периметру корпуса проходит кольцевой противопожарный водопровод диаметром 400-800 мм. на котором установлено 30 гидрантов. Параллельно ему проложен кольцевой производственный водопровод такого же диаметра с 16 пожарными гидрантами. Давление в водопроводных линиях – 588,4 кПа. В здании смонтированы внутренний кольцевой противопожарный водопровод с тремя вводами диаметром 300 мм, автоматические спринклерные и дренчерные системы водяного и пенного пожаротушения с питанием от двух насосных ППА.

Все конструкции покрытия корпуса защищены по всей площади спринклерной системой с разделением на 40 секций. Узлы управления находились на отм. 0,0 м вне защищаемой зоны и были выгорожены профилированным листом без перекрытия.

Испытательные боксы и вычислительный центр оборудованы автоматическим газовым пожаротушением.

Автоматической пожарной сигнализацией (АПС) защищены помещения лабораторий, архивов, кладовых различного назначения, расположенные в двухэтажной вставке. Сигнал от систем АПС выведен в помещение пожарного поста, туда же выведены сигналы от систем автоматического пожаротушения, которые не смогли выполнить свою роль, так как при пожаре произошло отключение (в 18 ч. 57 мин.) их рабочего, а через 7 мин после этого – резервного электропитания.

Электроснабжение здания осуществлялось от главной понизительной подстанции (ГПП-12), встроенной в главный корпус, и 39 внутрицеховых трансформаторных подстанций (КТП). Электроэнергия от КТП к оборудованию подавалась по шинопроводам и электрическим кабелям. Напряжение в силовой сети – 380 В, в осветительной – 220 В. Магистральный шинопровод и силовые кабели (0,4 кВ) проложены по нижнему поясу ферм покрытия и мостикам.

На территории пожароопасных участков дополнительно установлено 237 пенных пожарных кранов, врезанных в трубопроводы автоматических систем пенного пожаротушения и укомплектованных стволами СВП-4.

Объекты АО «КамАЗ» охраняются подразделениями отряда военизированной пожарной охраны (ОВПО-4) ПАСС МВД Республики Татарстан численностью 424 ед. (завод двигателей охраняется ВПЧ-51 численностью 67 ед.).

По предложению ОВПО в план инженерно-технических мероприятий на 1986-1990 гг. были включены 27 капитальных противопожарных мероприятий. Однако на день пожара 40 % мероприятий, предложенных органами госпожнадзора в целом по заводу двигателей, остались не выполненными. Не были выполнены и мероприятия по устройству согласно проекту противопожарных поясов на кровле главного корпуса, по частичной замене сгораемого утеплителя при проведении ремонта кровли (из запланированных 22 тыс. м 2 противопожарных поясов выполнено лишь 5 тыс. м 2 ), по изоляции транзитных воздуховодов пожароопасных вентсистем и др. Профилактическим составом отряда только за 1990-1993 гг. предлагалось к выполнению более 1000 мероприятий по усилению противопожарного режима предприятия.

На заводе двигателей за 15 лет (с 1978 года) произошло 57 пожаров, а в течение последних 6 лет 32 раза возникали аварийные ситуации (короткие замыкания, вспышки и тд). За этот же период органы госпожнадзора были вынуждены привлечь к административной ответственности 711 должностных лиц завода, приостановить частично или полностью эксплуатацию 67 помещений и участков завода, находившихся в пожароопасном состоянии.

Завод двигателей для профилактического обслуживания и контроля за противопожарным состоянием был разделен на 5 участков. До начала пожара в корпусе цехи и участки работали в обычном режиме, по заводу были проведены 53 огневые работы из 70 запланированных.

Начальник Государственной инспекции пожарного надзора СПАСР МВД России Е.Е. Кирюханцев:

Пожар явился следствием непродуманных действий органов управления различных уровней, а также стремления руководителей достичь сиюминутной выгоды посредством экономии на мерах пожарной безопасности. В результате ограждающие конструкции зданий многих особо важных объектов содержат утеплители из пенополистирола (Атоммаш, ВАЗ, ряд атомных электростанций). На КамАЗе тоже еще сохранились такие корпуса. Руководители КамАЗа, администрация завода двигателей знали о пожарной опасности пенополистирола, однако надлежащих мер по поддержанию необходимого уровня противопожарной защиты корпуса завода не принимали.

Более 40 % мероприятий по обеспечению пожарной безопасности КамАЗа, изложенных в предписаниях органов государственного пожарного надзора, своевременно не выполняются и переносятся из предписания в предписание.

Деятельность территориального органа госпожнадзора в основном была направлена на сохранение численности подразделений, охраняющих КамАЗ и оказывающих решающее влияние на организацию тушения пожаров в г. Набережные Челны. Возникшее противоречие между необходимостью сохранения подразделений пожарной охраны и требованием обеспечения действенного государственного пожарного надзора на объекте было разрешено путем компромисса. В результате проиграла Россия, которая понесла огромные потери от пожара. В этом есть доля вины и органов государственного пожарного надзора, не проявивших в данном случае необходимой настойчивости и принципиальности.

Как это было

Завод КамАЗ после пожара

Пришло сообщение о пожаре на заводе «КамАЗ» в г. Набережные Челны 14 апреля 1993 года . Восемь дней и ночей шла самоотверженная борьба с огнем. О том, с какими трудностями пришлось столкнуться при ликвидации одного из крупнейших в истории страны пожаров, поведал тогдашний начальник СПАСР МВД России, генерал-майор внутренней службы В. Дедиков.

В тот день первая смена в главном корпусе завода двигателей КамАЗа уже закончилась, а вторая только приступила к работе. Шел на свой участок и слесарь-ремонтник И. Байлычев. И тут его насторожил сильный запах горевшей изоляции. Подойдя к щиту главной понизительной подстанции № 12 (ГПП-12), рабочий заглянул в приоткрытую дверь. Из полутьмы на него надвигалась стена удушливого дыма… Через минуту по телефону И. Байлычев сообщил об увиденном диспетчеру энергослужбы завода и далее от обслуживающего персонала завода на ЦППС ОВПО-4 передали сообщение о взрыве трансформатора. Было это около 19 часов 00 минут.

Уже потом, в ходе расследования, выяснится, что первые признаки пожара замечены были около 18 часов 45 минут. Но хлопки и потрескивания, доносившиеся из помещения подстанции, рабочие приняли за обычный производственный шум. А тем временем огонь, полностью охвативший ГПП-12, по вертикальной кабельной трассе уже выходил на крышу корпуса…

Диспетчер отряда выслал на место аварии пожарные подразделения по рангу пожара № 2 (8 отделений на автоцистернах, отделение на автолестнице, отделение на автомобиле воздушно-пенного тушения, отделение на автомобиле порошкового тушения, автомобиль быстрого реагирования).

В 19 часов 4 минуты на пожар непосредственно в главный корпус прибыло отделение ВГГЧ-39 на автомобиле быстрого реагирования (АВР) во главе с заместителем начальника части Цыганковым Н.Н. (РТП-1). В это время горели покрытие на площади 600 м 2 , воздуховоды и электрокабели практически над всем пространством ГПП-12, слышались сильные «хлопки». В верхней зоне помещения был густой дым, создалась высокая температура. Электроосвещение отсутствовало. С горящей крыши стекали расплавленные битум, рубероид и пенополистирол. Учитывая высокую скорость распространения огня по покрытию (6…8 м/мин) (этому способствовал порывистый ветер), РТП-1 объявил вызов № 3 – максимальный для гарнизона пожарной охраны г. Набережные Челны. Отделению АВР была поставлена задача эвакуировать рабочих и служащих из корпуса.

В 19 часов 6 минут прибыл дежурный караул ВПЧ-51 на двух автоцистернах во главе с начальником караула Скаловым Ф.Л., который дал команду установить автомобили на водоисточники и подать два лафетных ствола на тушение пожара внутри и снаружи здания.

На эту тему ▼
Гибель на пожарах
Статистика, анализ и основные показатели

В 19 часов 14 минут прибыли заместитель начальника ОВПО-4 Чумаков АВ. (РТП-2) и дежурная служба пожаротушения. Прибывающая на пожар техника (9 автомобилей) устанавливалась на гидранты, были поданы 6 лафетных стволов на покрытие и ствол «А» внутрь корпуса.

В 19 часов 20 минут прибыл начальник ОВПО-4 Волков В.Г. (РТП-3). В это время горело покрытие на площади около 8 тыс. м 2 .

Скрытое горение пенополистирольного утеплителя в гофрах профнастила охватывало новые площади, огонь вырывался через световые фонари и ствольщики оказались в его окружении. Скорость распространения горения достигла 10 м/мин.

Оценив обстановку, РТП-3 объявил повышенный номер вызова по республиканскому расписанию, сбор всего личного состава, организовал штаб пожаротушения, дал указание о введении в боевой расчет резервной техники, создал 4 боевых участка (по 2 на покрытии и в корпусе).

В 19 часов 25 минут была закончена расстановка сил и средств, прибывших по рангу пожара № 2, поданы стволы: на покрытие – 6 лафетных, внутрь здания – 2 лафетных и 1 «А». Однако этими средствами не удалось даже ограничить распространение пожара, так как фактический расход воды составил около трети требуемого (более 600 л/с). Горение пенополистирольного утеплителя, уложенного на стальной настил, охватывало все новые площади, огонь вырывался через световые фонари, и нередко ствольщики оказывались в огненном кольце.

Начальник 4 ОВПО В. Волков, возглавивший тушение, был вынужден объявить повышенный номер вызова сил и средств по республиканскому расписанию, дал указание о сборе всего личного состава пожарной охраны и введении в боевой расчет резервной техники.

К 19 часам 52 минутам на ЦППС города пришло сообщение, что площадь горения составляет на покрытии четвертую часть общей площади корпуса (около 103 тыс. м 2 ), имеются обрушения и деформации металлоконструкций, в связи с чем требуется дополнительное количество автоподъемников. В штаб пожаротушения были введены специалисты завода.

Обрушение кровли корпуса

В 20 часов 19 минут были сосредоточены силы и средства по рангу пожара № 3, созданы 9 боевых участков, в борьбе с огнем использовалось около 30 лафетных и переносных стволов. В помощь пожарным был вызван полк гражданской обороны.

Но остановить огонь не удавалось. К 21 часу 31 минуте уже вся кровля более чем километровой длины корпуса была охвачена пожаром.

Пожарные подразделения соседних гарнизонов (Нижнекамска, Альметьевска, Елабуги) прибывали до 22 часов 37 минут.

В 00 часов 47 минут 15 апреля 1993 года на место пожара прибыли: заместители начальника ПАСС МВД Республики Татарстан Низамутдинов И.А. (РТП-4) и Лобов Н.М., а также первая оперативная группа противопожарной аварийно-спасательной службы.

РТП-4 произвел передислокацию сил и средств. Оперативный штаб возглавил Лобов Н.М. Одновременно проводилась разведка тоннелей стружкоуборки, где уровень воды поднялся до 1 м.

В 2 часа 50 минут на пожар прибыла вторая оперативная группа ПACC МВД Республики Татарстан во главе с начальником Службы Красько Н.Н. (РТП-5). По его указанию произведено наращивание сил и средств из соседних гарнизонов.

В 5 часов 5 минут на пожар из Москвы прибыли начальник СПАСР МВД России Дедиков В.Е. (РТП-6) и заместитель начальника отдела СПАСР Молчанов В.П. К этому времени обстановка на покрытии корпуса, несмотря на то, что находилась под контролем, осложнилась.

Тоннели, проложенные на глубине до 9 м, оказались крепким орешком, «разгрызать» который пожарным пришлось в течение шести суток. Горящая масса полистирола, битумной мастики стекала по конструкциям, технологическим проемам и лоткам в подвальные помещения, где возникали новые очаги пожара. Огонь угрожал установкам и емкостям с маслом, общий объем которого составлял около 1700 м 3 .

Попытки проникнуть в тоннели к успеху не привели. Мешали плотное задымление, высокая температура, узость и ограниченное количество входов. Нужно было найти решение из тех, что называют нестандартными.

К 11 часам 00 минутам удалось ликвидировать горение на покрытии и отметке 0,0 м. Всего было подано стволов: лафетных – 24, РС-70 – 32, PC-50 –13, СВП – 2. Общий расход воды составил 720 л/с. Теперь все внимание штаба было переключено на тоннели.

Итак, перед нами стояла задача прекратить горение в подвальной части корпуса протяженностью 6,8 км общим объемом 344 тыс. м 3 . Причем сделать это предстояло, исключая непосредственный доступ к очагам горения.

Штабом были изучены инженерно-технические и организационные возможности, эффективность нескольких способов тушения:

• подачи огнетушащего порошка, углекислоты и пара для объемного тушения;
• подачи газоводяной струи от автомобиля газоводяного тушения в целях изменения направления воздушных потоков;
• затопления всего объема тоннелей водой
• контролируемого выгорания масла с защитой не задетой пожаром части маслонодвала, а также объемного тушения тоннелей пеной средней кратности.

Однако ни один из них в полной мере удовлетворить не мог. Например, применить, казалось бы, наиболее приемлемый способ объемного тушения с помощью пены средней кратности мешали слишком большой объем тоннелей и высокая температура. Расчеты показывали, что для заполнения подвала пеной понадобилось бы около 1000 пожарных машин, 4000 пеногенераторов ГПС-600 и 2000 магистральных линий. Понятно, что технически это было неосуществимо.

В итоге штаб принял следующее решение: снизить интенсивность горения за счет увеличения теплоотвода от нагретых емкостей и конструкций и ограничения доступа кислорода в зону пожара. С этой целью была организована непрерывная, в течение 26 часов (до 19 апреля 1993 года), подача в подвал пены от 45 ГПС-600 и герметизация технологических проемов и других отверстий минеральной ватой, были созданы 4 боевых участка. Одновременно боевые расчеты не оставляли попыток проникнуть внутрь тоннелей. Однако высокая температура (500…600 °С) и плотное задымление не позволяли этого сделать.

17 апреля 1993 года возникла новая проблема. Из-за подъема уровня воды в тоннелях нависла угроза распространения огня на помещение станции испытания двигателей (СИД), расположенной на отм. –5,2 м, в которой размещались емкости с маслом и дизельным топливом. Штабом было принято решение изолировать СИД, заложив участок тоннеля, соединяющий станцию с основным подвалом, гравием и кирпичной кладкой. СИД удалось спасти.

На эту тему ▼
Процесс развития пожара

Только 18 апреля 1993 года снизилась интенсивность горения и температура в тоннелях (120…140 °С). Это дало возможность проникнуть к масляным установкам и организовать подачу огнетушащих средств непосредственно в очаги пожара.

Руководство тушением пожара осуществлял начальник СПАСР МВД России Дедиков В.Е. В организации тушения пожара, координации действий, связи с руководством МВД республики принимал участие заместитель министра внутренних дел Татарстана Гараев Ф.Ф.

Оперативный штаб пожаротушения менялся ежесуточно. В состав штаба и боевых участков входили должностные лица гарнизона пожарной охраны города и ПАСС МВД Татарстана. В работе штаба и на боевых участках принимали участие представители СПАСР МВД России, ПАСС МВД Татарстана, а также администрации объекта. Назначались заместители начальника штаба по:

• технике безопасности;
• ведению документации;
• информации;
• организации связи.

А также помощники начальника тыла по:

• обеспечению пенообразователем;
• заправке ГСМ;
• организации круглосуточного питания личного состава;
• обеспечению освещением места пожара;
• обеспечению и замене боевой одежды, пожарно-технического вооружения;
• ремонту и техобслуживанию пожарной техники.

На пожаре круглосуточно находилась бригада скорой помощи, работал теплопункт.

При ВПЧ-51 производилась перезарядка групповых и индивидуальных фонарей. Для проведения разведки в тоннелях стружкоуборки, заполненных водой на глубину более 2 м, предпринята попытка использовать плавсредства.

С начала пожара до его ликвидации личный состав подразделений работал в двухсменном режиме (через сутки).

Для ликвидации пожара привлекался личный состав и техника Набережно-Челнинского, Нижнекамского, Альметьевского, Елабужского и Казанского гарнизонов пожарной охраны. Оказывалась помощь со стороны пожарной охраны республик Удмуртской и Башкортостан, Самарской и Нижегородской областей. На пожаре постоянно работали 64 ед. пожарной техники, 560 человек личного состава пожарной охраны, 54 военнослужащих полка гражданской обороны, 236 различных машин и механизмов.

Большая помощь оказана администрацией завода в организации питания пожарных, обеспечении огнетушащими средствами, ГСМ, а также необходимой информацией по планировке здания и особенностям размещения технологического оборудования Обеспечена доставка пенообразователя в количестве 2,5 тыс. т, при этом израсходовано более 2,4 тыс. т. пенообразователя (при тушении пожаров на Киришском нефтеперерабатывающем заводе (НПЗ) было израсходовано 900 т пенообразователя, а на Московском НПЗ – 500), 110 т порошка.

21 апреля 1993 года сложный, крупномасштабный, не имеющий аналогов в стране пожар был ликвидирован. Удалось спасти 50 % оборудования, 85 % колонн и 40 % наружных стен. Однако производственный корпус завода площадью 420 тыс. м 2 был выведен из строя.

Завод двигателей КамАЗа после пожара

Причины и выводы

Непосредственной причиной пожара, как выявило расследование, было короткое замыкание в кабельной линии ГПП-12. Возникшее пламя прожгло стальную броню кабелей, воспламенив изоляцию. Огонь начал быстро распространяться по кабельным пучкам и минут через 17-20 по вертикальной трассе, как уже было сказано, вышел на кровлю. Именно кровля, вернее, ее утеплитель из пенополистирола ПСБ-С сыграл роковую роль в дальнейшем развитии пожара.

Думаю, специалистам пожарной охраны этот утеплитель давно и хорошо известен. И все же напомню его свойства. Легко загорается от пламени газовой горелки, обильно выделяя токсичный дым. Полистирол, из которого на 90-92 % состоит утеплитель, известен как основной компонент твердого ракетного топлива и по своим горючим свойствам сравнивается с напалмом. К этому надо добавить такое качество утеплителя, как легкоплавкость. Словом, мы имеем материал, будто специально созданный для быстрого распространения пламени. Но именно таким материалом в то время были покрыты многие крупнейшие объекты Российской Федерации. Среди них и промышленные предприятия-гиганты, и объекты энергетического комплекса, в том числе атомные электростанции. Чем это чревато, наглядно показал пожар на КамАЗе. Впрочем, примеры были и раньше. Еще в 1972 году сгорело 17 тыс. м 2 кровли на Житомирском заводе строительных конструкций, год спустя огонь уничтожил 44 тыс. м 2 покрытия на Бухарском хлопчатобумажном комбинате… В общем, покрытие с утеплителем из пенополистирола вполне можно назвать, как выразилась одна из газет, «крышей замедленного действия».

Пожарные забили тревогу уже в 1973 году. Тогда МВД дважды информировало Совмин СССР о недопустимости строительства зданий больших площадей с использованием пенополистирола и просило обязать Госстрой СССР совместно с Минавтопромом решить вопрос о замене опасного материала в покрытиях строящихся зданий КамАЗа на несгораемые или трудносгораемые утеплители. И Госстроем было принято решение об устройстве в покрытиях корпусов, в том числе и завода двигателей, противопожарных преград шириной 6 м, разделяющих кровлю на отсеки площадью 10-12 тыс. м 2 . Конечно, это был компромисс, кардинально проблемы не решающий. Но даже и такое решение полностью не было реализовано. Дело в том, что устройство противопожарных поясов предусматривалось только на незавершенных покрытиях. А на заводе к тому времени 80 % кровли уже было завершено. Разумеется, переделывать готовое покрытие никто не стал: КамАЗ был нашей очередной «стройкой века» и сооружался ускоренными темпами.

Разбор конструкций после пожара на заводе КамАЗ

Корпус сдали в эксплуатацию в 1976 году. Кстати, несмотря на то, что сооружение его велось по американской технологии, страховать объект наши друзья из-за океана отказались, узнав об использовании огнеопасного утеплителя. Но и после этого пожарные не успокоились. Устройство противопожарных поясов на кровле главного корпуса в числе других мероприятий было по предложению объектового 4 ОВПО включено в план организационно-технических мероприятий на 1986-1990 годы. И опять до выполнения не дошли руки. Очень уж хлопотное дело, а голова у руководства, как всегда, была занята в первую очередь планом…

На эту тему ▼
Пожары и их последствия в России в сравнении с США

Правительственная комиссия, занимавшаяся расследованием пожара на КамАЗе, пришла к однозначному выводу о повышенной пожарной опасности зданий из легких металлических конструкций в сочетании со сгораемым утеплителем, их низкой устойчивости при пожаре и невозможности успешного тушения огня в данных условиях. В акт комиссии включены предложения о необходимости принятия мер по усилению противопожарной защиты аналогичных зданий.

Пожар на КамАЗе на страницах печати часто сравнивали с Чернобыльской катастрофой, и это не случайно. Конечно, если сравнивать потери, эти два события рядом едва ли поставишь. Слава Богу, на КамАЗе обошлись без человеческих жертв, да и материальный ущерб был в конечном итоге меньше, чем после Чернобыля. И все же есть нечто общее у этих двух бед. И та, и другая стали возможны в обстановке тотальной безответственности, пренебрежения к элементарным и очевидным требованиям безопасности.

Источник: научно-технический журнал «Пожарная безопасность, информатика и техника» (2(4), 1993 год).

Фотографии из фонда музея КамАЗа доступны по кнопке «Скачать»

30 лет назад в Челнах сгорел завод двигателей КАМАЗа

Сегодня, 14 апреля, исполняется круглая дата с момента драматичного для Набережных Челнов события – пожара на заводе двигателей. 30 лет назад, вечером, в 18.45, когда вторая смена (около 4000 человек) находилась на обеденном перерыве, загорелась кабельная трасса от подстанции ГПП-12, питающей оборудование завода.

Более 50 тысяч заводчан пережили стресс, оставшись без работы и зарплаты. Благодаря поддержке правительства России и Татарстана камазовцам удалось буквально из пепла восстановить предприятие. Уже в декабре 1993 года завод двигателей выпустил первую продукцию после пожара.

Музей КАМАЗа сегодня опубликовал в соцсетях фотокадры с места драматичных событий тех лет, а также некоторые уникальные документы. В частности, приказ о штабе по ликвидации с перечнем ответственных лиц, входивших в него. А также приведена статья, вышедшая в марте 1993 года за месяц до пожара в «Заводской газете» завода двигателей, где был опубликован порядок действий при возникновении ЧС, в том числе и пожара, на территории завода.

Предлагаем нашим читателям вспомнить хронологию тех событий по нашей публикации, которую мы подготовили пять лет назад — к 25-летию пожара.

Фото из фондов Музея КАМАЗа

Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа

Пожар на заводе двигателей КАМАЗа, г. Набережные Челны.

14 апреля 1993 года днем на заводе прошли учения по гражданской обороне, а вечером, в 18.45, когда вторая смена (около 4000 человек) находилась на обеденном перерыве, загорелась кабельная трасса от подстанции ГПП-12, питающей оборудование завода. Огонь, мгновенно распространяясь по кабелям, воспламенил пенополистирольный утеплитель, а затем и крышу. Пожарные в условиях плотного задымления и высокой температуры тушили пожар сначала на кровле, затем в здании и подвалах.

Причина крупномасштабного, не имеющего аналогов в стране пожара – в пренебрежении элементарными противопожарными требованиями. По распоряжению ответственных лиц была отключена система пожаротушения – это более 400 установок. Воду пришлось брать с наружных гидрантов, также использовали пенообразователь.

Восемь дней и ночей шла самоотверженная борьба с огнем.

21 апреля 1993 года сложный, крупномасштабный, не имеющий аналогов в стране пожар был ликвидирован. Удалось спасти 50 % оборудования, 85 % колонн и 40 % наружных стен. Однако производственный корпус завода площадью 420 тыс. м2 был выведен из строя.

Из акта правительственной комиссии:

«Пожар в надземной части производственного корпуса и на кровле был ликвидирован 15 апреля в 11.00, тушение горящего масла в подвале продолжалось до 19 апреля. Всего в ликвидации пожара участвовало 560 работников пожарной охраны, 54 военнослужащих Гражданской обороны, 64 единицы пожарной техники, 236 машин. В результате пожара производственный корпус двигателей площадью около 420 тысяч кв. м выведен из строя».

Как это было

Пожар начался в 18:41 из‑за короткого замыкания в силовом кабеле, что ведёт к трансформаторной подстанции. Виктор Волков, в то время начальник военизированной пожарной охраны промышленных объектов МВД РТ, вспоминал: днём на заводе прошли учения по гражданской обо­роне. Может быть, поэтому на характерные хлопки никто не отреагировал: думали, продолжаются учения… А огонь по кабельным каналам стремительно разлетался во все стороны. Через шахту вентиляции выбрался на крышу – вспыхнули гудрон, утеплитель…

Первым тревогу поднял слесарь-ремонтник. Почувствовав запах горевшей изоляции, приоткрыл дверь подстанции – и едва не задохнулся от дыма. Дальше события развиваются стремительно.

О том, с какими трудностями пришлось столкнуться при ликвидации одного из крупнейших в истории страны пожаров, поведал тогдашний начальник СПАСР МВД России, генерал-майор внутренней службы В. Дедиков.

В тот день первая смена в главном корпусе завода двигателей КамАЗа уже закончилась, а вторая только приступила к работе. Шел на свой участок и слесарь-ремонтник И. Байлычев. И тут его насторожил сильный запах горевшей изоляции. Подойдя к щиту главной понизительной подстанции № 12 (ГПП-12), рабочий заглянул в приоткрытую дверь. Из полутьмы на него надвигалась стена удушливого дыма… Через минуту по телефону И. Байлычев сообщил об увиденном диспетчеру энергослужбы завода и далее от обслуживающего персонала завода на ЦППС ОВПО-4 передали сообщение о взрыве трансформатора. Было это около 19 часов 00 минут.

Уже потом, в ходе расследования, выяснится, что первые признаки пожара замечены были около 18 часов 45 минут. Но хлопки и потрескивания, доносившиеся из помещения подстанции, рабочие приняли за обычный производственный шум. А тем временем огонь, полностью охвативший ГПП-12, по вертикальной кабельной трассе уже выходил на крышу корпуса…

Диспетчер отряда выслал на место аварии пожарные подразделения по рангу пожара № 2 (8 отделений на автоцистернах, отделение на автолестнице, отделение на автомобиле воздушно-пенного тушения, отделение на автомобиле порошкового тушения, автомобиль быстрого реагирования).

В 19 часов 4 минуты на пожар непосредственно в главный корпус прибыло отделение ВГГЧ-39 на автомобиле быстрого реагирования (АВР) во главе с заместителем начальника части Цыганковым Н.Н. (РТП-1). В это время горели покрытие на площади 600 м2, воздуховоды и электрокабели практически над всем пространством ГПП-12, слышались сильные «хлопки». В верхней зоне помещения был густой дым, создалась высокая температура. Электроосвещение отсутствовало. С горящей крыши стекали расплавленные битум, рубероид и пенополистирол. Учитывая высокую скорость распространения огня по покрытию (6…8 м/мин) (этому способствовал порывистый ветер), РТП-1 объявил вызов № 3 – максимальный для гарнизона пожарной охраны г. Набережные Челны. Отделению АВР была поставлена задача эвакуировать рабочих и служащих из корпуса.

В 19 часов 6 минут прибыл дежурный караул ВПЧ-51 на двух автоцистернах во главе с начальником караула Скаловым Ф.Л., который дал команду установить автомобили на водоисточники и подать два лафетных ствола на тушение пожара внутри и снаружи здания.

В 19 часов 14 минут прибыли заместитель начальника ОВПО-4 Чумаков АВ. (РТП-2) и дежурная служба пожаротушения. Прибывающая на пожар техника (9 автомобилей) устанавливалась на гидранты, были поданы 6 лафетных стволов на покрытие и ствол «А» внутрь корпуса.

В 19 часов 20 минут прибыл начальник ОВПО-4 Волков В.Г. (РТП-3). В это время горело покрытие на площади около 8 тыс. м2.

Скрытое горение пенополистирольного утеплителя в гофрах профнастила охватывало новые площади, огонь вырывался через световые фонари и ствольщики оказались в его окружении. Скорость распространения горения достигла 10 м/мин.

Оценив обстановку, РТП-3 объявил повышенный номер вызова по республиканскому расписанию, сбор всего личного состава, организовал штаб пожаротушения, дал указание о введении в боевой расчет резервной техники, создал 4 боевых участка (по 2 на покрытии и в корпусе).

В 19 часов 25 минут была закончена расстановка сил и средств, прибывших по рангу пожара № 2, поданы стволы: на покрытие – 6 лафетных, внутрь здания – 2 лафетных и 1 «А». Однако этими средствами не удалось даже ограничить распространение пожара, так как фактический расход воды составил около трети требуемого (более 600 л/с). Горение пенополистирольного утеплителя, уложенного на стальной настил, охватывало все новые площади, огонь вырывался через световые фонари, и нередко ствольщики оказывались в огненном кольце.

Начальник 4 ОВПО В. Волков, возглавивший тушение, был вынужден объявить повышенный номер вызова сил и средств по республиканскому расписанию, дал указание о сборе всего личного состава пожарной охраны и введении в боевой расчет резервной техники.

К 19 часам 52 минутам на ЦППС города пришло сообщение, что площадь горения составляет на покрытии четвертую часть общей площади корпуса (около 103 тыс. м2), имеются обрушения и деформации металлоконструкций, в связи с чем требуется дополнительное количество автоподъемников. В штаб пожаротушения были введены специалисты завода.

В 20 часов 19 минут были сосредоточены силы и средства по рангу пожара № 3, созданы 9 боевых участков, в борьбе с огнем использовалось около 30 лафетных и переносных стволов. В помощь пожарным был вызван полк гражданской обороны.

Но остановить огонь не удавалось. К 21 часу 31 минуте уже вся кровля более чем километровой длины корпуса была охвачена пожаром.

Пожарные подразделения соседних гарнизонов (Нижнекамска, Альметьевска, Елабуги) прибывали до 22 часов 37 минут.

В 00 часов 47 минут 15 апреля 1993 года на место пожара прибыли: заместители начальника ПАСС МВД Республики Татарстан Низамутдинов И.А. (РТП-4) и Лобов Н.М., а также первая оперативная группа противопожарной аварийно-спасательной службы.

РТП-4 произвел передислокацию сил и средств. Оперативный штаб возглавил Лобов Н.М. Одновременно проводилась разведка тоннелей стружкоуборки, где уровень воды поднялся до 1 м.

В 2 часа 50 минут на пожар прибыла вторая оперативная группа ПACC МВД Республики Татарстан во главе с начальником Службы Красько Н.Н. (РТП-5). По его указанию произведено наращивание сил и средств из соседних гарнизонов.

В 5 часов 5 минут на пожар из Москвы прибыли начальник СПАСР МВД России Дедиков В.Е. (РТП-6) и заместитель начальника отдела СПАСР Молчанов В.П. К этому времени обстановка на покрытии корпуса, несмотря на то, что находилась под контролем, осложнилась.

Тоннели, проложенные на глубине до 9 м, оказались крепким орешком, «разгрызать» который пожарным пришлось в течение шести суток. Горящая масса полистирола, битумной мастики стекала по конструкциям, технологическим проемам и лоткам в подвальные помещения, где возникали новые очаги пожара. Огонь угрожал установкам и емкостям с маслом, общий объем которого составлял около 1700 м3.

Попытки проникнуть в тоннели к успеху не привели. Мешали плотное задымление, высокая температура, узость и ограниченное количество входов. Нужно было найти решение из тех, что называют нестандартными.

К 11 часам 00 минутам удалось ликвидировать горение на покрытии и отметке 0,0 м. Всего было подано стволов: лафетных – 24, РС-70 – 32, PC-50 –13, СВП – 2. Общий расход воды составил 720 л/с. Теперь все внимание штаба было переключено на тоннели.

Итак, перед нами стояла задача прекратить горение в подвальной части корпуса протяженностью 6,8 км общим объемом 344 тыс. м3. Причем сделать это предстояло, исключая непосредственный доступ к очагам горения.

Штабом были изучены инженерно-технические и организационные возможности, эффективность нескольких способов тушения:

• подачи огнетушащего порошка, углекислоты и пара для объемного тушения;
• подачи газоводяной струи от автомобиля газоводяного тушения в целях изменения направления воздушных потоков;
• затопления всего объема тоннелей водой
• контролируемого выгорания масла с защитой не задетой пожаром части маслонодвала, а также объемного тушения тоннелей пеной средней кратности.

Однако ни один из них в полной мере удовлетворить не мог. Например, применить, казалось бы, наиболее приемлемый способ объемного тушения с помощью пены средней кратности мешали слишком большой объем тоннелей и высокая температура. Расчеты показывали, что для заполнения подвала пеной понадобилось бы около 1000 пожарных машин, 4000 пеногенераторов ГПС-600 и 2000 магистральных линий. Понятно, что технически это было неосуществимо.

В итоге штаб принял следующее решение: снизить интенсивность горения за счет увеличения теплоотвода от нагретых емкостей и конструкций и ограничения доступа кислорода в зону пожара. С этой целью была организована непрерывная, в течение 26 часов (до 19 апреля 1993 года), подача в подвал пены от 45 ГПС-600 и герметизация технологических проемов и других отверстий минеральной ватой, были созданы 4 боевых участка. Одновременно боевые расчеты не оставляли попыток проникнуть внутрь тоннелей. Однако высокая температура (500…600 °С) и плотное задымление не позволяли этого сделать.

17 апреля 1993 года возникла новая проблема. Из-за подъема уровня воды в тоннелях нависла угроза распространения огня на помещение станции испытания двигателей (СИД), расположенной на отм. –5,2 м, в которой размещались емкости с маслом и дизельным топливом. Штабом было принято решение изолировать СИД, заложив участок тоннеля, соединяющий станцию с основным подвалом, гравием и кирпичной кладкой. СИД удалось спасти.

Только 18 апреля 1993 года снизилась интенсивность горения и температура в тоннелях (120…140 °С). Это дало возможность проникнуть к масляным установкам и организовать подачу огнетушащих средств непосредственно в очаги пожара.

Руководство тушением пожара осуществлял начальник СПАСР МВД России Дедиков В.Е. В организации тушения пожара, координации действий, связи с руководством МВД республики принимал участие заместитель министра внутренних дел Татарстана Гараев Ф.Ф.

Оперативный штаб пожаротушения менялся ежесуточно. В состав штаба и боевых участков входили должностные лица гарнизона пожарной охраны города и ПАСС МВД Татарстана. В работе штаба и на боевых участках принимали участие представители СПАСР МВД России, ПАСС МВД Татарстана, а также администрации объекта.

На пожаре круглосуточно находилась бригада скорой помощи, работал теплопункт.

При ВПЧ-51 производилась перезарядка групповых и индивидуальных фонарей. Для проведения разведки в тоннелях стружкоуборки, заполненных водой на глубину более 2 м, предпринята попытка использовать плавсредства.

С начала пожара до его ликвидации личный состав подразделений работал в двухсменном режиме (через сутки).

Для ликвидации пожара привлекался личный состав и техника Набережно-Челнинского, Нижнекамского, Альметьевского, Елабужского и Казанского гарнизонов пожарной охраны. Оказывалась помощь со стороны пожарной охраны республик Удмуртской и Башкортостан, Самарской и Нижегородской областей. На пожаре постоянно работали 64 ед. пожарной техники, 560 человек личного состава пожарной охраны, 54 военнослужащих полка гражданской обороны, 236 различных машин и механизмов.

Большая помощь оказана администрацией завода в организации питания пожарных, обеспечении огнетушащими средствами, ГСМ, а также необходимой информацией по планировке здания и особенностям размещения технологического оборудования Обеспечена доставка пенообразователя в количестве 2,5 тыс. т, при этом израсходовано более 2,4 тыс. т. пенообразователя (при тушении пожаров на Киришском нефтеперерабатывающем заводе (НПЗ) было израсходовано 900 т пенообразователя, а на Московском НПЗ – 500), 110 т порошка.

21 апреля 1993 года сложный, крупномасштабный, не имеющий аналогов в стране пожар был ликвидирован. Удалось спасти 50 % оборудования, 85 % колонн и 40 % наружных стен. Однако производственный корпус завода площадью 420 тыс. м2 был выведен из строя.

Причины и выводы

Начальник Государственной инспекции пожарного надзора СПАСР МВД России Е.Е. Кирюханцев:

Пожар явился следствием непродуманных действий органов управления различных уровней, а также стремления руководителей достичь сиюминутной выгоды посредством экономии на мерах пожарной безопасности. В результате ограждающие конструкции зданий многих особо важных объектов содержат утеплители из пенополистирола (Атоммаш, ВАЗ, ряд атомных электростанций). На КамАЗе тоже еще сохранились такие корпуса. Руководители КамАЗа, администрация завода двигателей знали о пожарной опасности пенополистирола, однако надлежащих мер по поддержанию необходимого уровня противопожарной защиты корпуса завода не принимали.

Более 40 % мероприятий по обеспечению пожарной безопасности КамАЗа, изложенных в предписаниях органов государственного пожарного надзора, своевременно не выполняются и переносятся из предписания в предписание.

Деятельность территориального органа госпожнадзора в основном была направлена на сохранение численности подразделений, охраняющих КамАЗ и оказывающих решающее влияние на организацию тушения пожаров в г. Набережные Челны. Возникшее противоречие между необходимостью сохранения подразделений пожарной охраны и требованием обеспечения действенного государственного пожарного надзора на объекте было разрешено путем компромисса. В результате проиграла Россия, которая понесла огромные потери от пожара. В этом есть доля вины и органов государственного пожарного надзора, не проявивших в данном случае необходимой настойчивости и принципиальности.

Непосредственной причиной пожара, как выявило расследование, было короткое замыкание в кабельной линии ГПП-12. Возникшее пламя прожгло стальную броню кабелей, воспламенив изоляцию. Огонь начал быстро распространяться по кабельным пучкам и минут через 17-20 по вертикальной трассе, как уже было сказано, вышел на кровлю. Именно кровля, вернее, ее утеплитель из пенополистирола ПСБ-С сыграл роковую роль в дальнейшем развитии пожара.

Думаю, специалистам пожарной охраны этот утеплитель давно и хорошо известен. И все же напомню его свойства. Легко загорается от пламени газовой горелки, обильно выделяя токсичный дым. Полистирол, из которого на 90-92 % состоит утеплитель, известен как основной компонент твердого ракетного топлива и по своим горючим свойствам сравнивается с напалмом. К этому надо добавить такое качество утеплителя, как легкоплавкость. Словом, мы имеем материал, будто специально созданный для быстрого распространения пламени. Но именно таким материалом в то время были покрыты многие крупнейшие объекты Российской Федерации. Среди них и промышленные предприятия-гиганты, и объекты энергетического комплекса, в том числе атомные электростанции. Чем это чревато, наглядно показал пожар на КамАЗе. Впрочем, примеры были и раньше. Еще в 1972 году сгорело 17 тыс. м2 кровли на Житомирском заводе строительных конструкций, год спустя огонь уничтожил 44 тыс. м2 покрытия на Бухарском хлопчатобумажном комбинате… В общем, покрытие с утеплителем из пенополистирола вполне можно назвать, как выразилась одна из газет, «крышей замедленного действия».

Пожарные забили тревогу уже в 1973 году. Тогда МВД дважды информировало Совмин СССР о недопустимости строительства зданий больших площадей с использованием пенополистирола и просило обязать Госстрой СССР совместно с Минавтопромом решить вопрос о замене опасного материала в покрытиях строящихся зданий КамАЗа на несгораемые или трудносгораемые утеплители. И Госстроем было принято решение об устройстве в покрытиях корпусов, в том числе и завода двигателей, противопожарных преград шириной 6 м, разделяющих кровлю на отсеки площадью 10-12 тыс. м2. Конечно, это был компромисс, кардинально проблемы не решающий. Но даже и такое решение полностью не было реализовано. Дело в том, что устройство противопожарных поясов предусматривалось только на незавершенных покрытиях. А на заводе к тому времени 80 % кровли уже было завершено. Разумеется, переделывать готовое покрытие никто не стал: КамАЗ был нашей очередной «стройкой века» и сооружался ускоренными темпами.

Корпус сдали в эксплуатацию в 1976 году. Кстати, несмотря на то, что сооружение его велось по американской технологии, страховать объект наши друзья из-за океана отказались, узнав об использовании огнеопасного утеплителя. Но и после этого пожарные не успокоились. Устройство противопожарных поясов на кровле главного корпуса в числе других мероприятий было по предложению объектового 4 ОВПО включено в план организационно-технических мероприятий на 1986-1990 годы. И опять до выполнения не дошли руки. Очень уж хлопотное дело, а голова у руководства, как всегда, была занята в первую очередь планом…

Правительственная комиссия, занимавшаяся расследованием пожара на КамАЗе, пришла к однозначному выводу о повышенной пожарной опасности зданий из легких металлических конструкций в сочетании со сгораемым утеплителем, их низкой устойчивости при пожаре и невозможности успешного тушения огня в данных условиях. В акт комиссии включены предложения о необходимости принятия мер по усилению противопожарной защиты аналогичных зданий.

Пожар на КамАЗе на страницах печати часто сравнивали с Чернобыльской катастрофой, и это не случайно. Конечно, если сравнивать потери, эти два события рядом едва ли поставишь. Слава Богу, на КамАЗе обошлись без человеческих жертв, да и материальный ущерб был в конечном итоге меньше, чем после Чернобыля. И все же есть нечто общее у этих двух бед. И та, и другая стали возможны в обстановке тотальной безответственности, пренебрежения к элементарным и очевидным требованиям безопасности.

Если вы обнаружили неточность в статье или у вас есть материал, которым можно дополнить статью, напишите нам на адрес электронной почты: inteb@mail.ru